Судьба в килограммах бумаги

На столе у судьи Светланы Майдан — несколько пухлых томов уголовного дела. В них — пятилетняя история расследования одного преступления.

Мгновение кошмара
Само преступление, случившееся еще зимой 2007-го года, казалось бы, "яйца выеденного не стоит". Сергей * после работы посидел с друзьями в кафе, выпили водки, пива. Когда уже вышел из маршрутки на своей остановке и прошел четверть пути до дома, позвонила жена с вопросом, почему задерживается.
Он ответил, что уже подходит, положил мобилку в карман. И почти сразу, минуты через полторы, почувствовал резкий и сильный удар в голову, следом – второй. Сергей даже не успел обернуться и посмотреть, кто на него напал, свалился лицом в снег. На него, лежачего, кто-то молча навалился, сел сверху. Сергей закричал, стал звать на помощь. И тогда, судя по всему, еще кто-то несколько раз ударил его ногами по лицу. После этого почувствовал, как-будто что-то рванули из кармана, и отпустили. Сергей говорит, что смог приподнять голову и заметить метрах в ста силуэты двух убегающих мужчин. Потом к нему подошел какой-то прохожий, помог встать, спросил, сможет ли дойти сам или надо вызвать "скорую". От помощи Сергей отказался, добрался домой сам. Уже там, увидев его окровавленного (шапка, куртка, все в крови, хоть выкручивай), супруга вызвала врачей и позвонила в милицию. К тому же, после этого нападения пропал мобильный телефон.
Пока Сергею в больнице сделали рентген, обработали и зашили раны на голове, позвонили из милиции, мол ,телефон уже нашли и надо подъехать, опознать его.

«Подвернулись под руку»?
В тот же вечер внимание патрульных привлекли две группы людей, которые находились на улице, недалеко от места происшествия. Проверили сначала молодых парней с битой, и отпустили. А Дмитрия со Стасом* – попросили проехать в райотдел. Домой из отдела милиции они уже не вернулись. Сидят с тех пор в следственном изоляторе и пытаются доказать, что к тому грабежу не имеют никакого отношения. А следствие и судебные процессы по этому преступлению продолжаются пятый год. Обвиняемые прошли все судебные инстанции, вплоть до Верховного суда (первый суд приговорил Дмитрия к 12 годам лишения свободы с конфискацией всего личного имущества, Стаса – к 9 годам, тоже с конфискацией) – и добились, что дело направили на новое судебное рассмотрение.

Кто есть кто
Спустя годы прокурор снова зачитал, почти слово в слово, то самое, пятилетней давности обвинение. И среди "доказательств вины" – показания сотрудников патрульной службы, опознавших Дмитрия и Стаса по фотографиям, как тех, что доставляли зимой 2007-го года в райотдел...
Мало того, на судебном заседании вдруг выяснилось, что Сергей действительно не разглядел нападавших на него людей. А "опознал" Дмитрия, потому что знал его раньше, так как тот учился с его братом в школе. В тот злополучный вечер он встречал разных прохожих, но в милиции спрашивали не о всех, а о – знакомых. Вот он Диму и вспомнил. Причем, хорошо помнил, что тот был в белом свитере. Интересно, как же он его заметил, ведь грабителей рассмотрел только со спины, да и то – в полной темноте? Ведь тот участок дороги совсем ничем не освещался. А со Стасом "познакомился" в кабинете то ли следователя, то ли оперуполномоченного, когда ему показали мобилку и сказали, что она была у этого человека...
И еще маленький нюанс. Когда мобилку предъявляли для опознания, в кабинете находились исключительно мужчины. Это подтверждает даже сам потерпевший. Но в милицейских документах черным по белому написано, что были еще и две понятые, женщины.

Странные эксперименты
Только одно судебное заседание по этому делу длилось без перерыва около 6 часов: опрашивали пострадавшего и двух свидетелей, устраняли неточности и расхождения в их показаниях, зафиксированных в милиции и на первом судебном процессе. В какой-то момент судья даже вспылила и пригрозила свидетелю уголовным наказанием за ложь. Да и как не вспылить. В деле есть несколько важных документов за его подписью. В том числе и о том, что он, как свидетель, присутствовал на воспроизведении преступления. Там он якобы наблюдал, что Стас показывал милиционерам, как замахивался на прохожего молотком, бил его, а потом убегал. Но тут вдруг выясняется: о том, что это был следственный эксперимент, свидетель – ни сном, ни духом не знал. Он действительно приезжал на то место и в то время. Но только потому, что Стас позвонил ему на домашний телефон и попросил туда подвезти сигареты. Он и привез. Удивился, конечно, что его знакомый вышел из милицейской машины, пристегнутый к сотруднику наручниками. Но Стас тогда вообще был немного странный (веселился как обкуренный – цитата, прим. авт.), попросил его подождать, мол ему еще надо в мероприятии поучаствовать. Вот свидетель и стоял неподалеку, ждал. А что там происходило – даже не обращал внимание, и никто из милиционеров ему ничего не говорил. Правда, потом к нему домой приходил какой-то сотрудник, расспрашивал о Стасе. Написал что-то на одном листке, он тот листок и подписал не читая, потому что милиция ведь не обманывает. А откуда взялись все другие бумаги с его подписью – вообще не понимает...

Кто придумал молоток?
Этот судебный процесс только начался, и до рассмотрения вещественных доказательств по делу еще не дошло. А там – еще "интереснее". В милиционерских протоколах фигурирует молоток, которым вроде-бы били Сергея по голове. Но этого молотка так и не нашли. Да и судебно-медицинская экспертиза ран, нанесенных ограбленному, о молотке не упоминает. Еще – по результатам той же экспертизы, пострадавшему были нанесены легкие телесные повреждения. Но разбитые лицо, губа кровоточили довольно сильно. Так, что на обуви хотя бы у одного из грабителей должны были остаться следы крови. Но ни на ботинках, ни на руках или одежде Дмитрия или Стаса экспертиза ничего не нашла, хотя их задержали чуть ли не сразу же после происшествия.

Почему забыли о «главном свидетеле»
И о мобильном телефоне. Он сам мог бы стать самым главным и объективным свидетелем. Как рассказал редакции менеджер одного из украинских операторов мобильной связи, если организуется так называемое радионаблюдение, то их техники с точностью до 5 метров могут проследить по городу весь путь телефона. Радионаблюдение организуется либо по заявлению правоохранительных органов, если совершено преступление. Либо – по решению суда.
То, что у каждой мобилки есть свой уникальный номер, многие уже знают. Но вот то, что телефон находится в "тесном" контакте с тремя ближайшими станциями и постоянно автоматически обменивается с ними сигналами – знают не многие. Среди "посвященных" – правоохранители и спецслужбы. Если объяснять "на пальцах", то телефон, даже если мы по нему не говорим, постоянно посылает сигнал ближайшим трем станциям: я тут, я тут, я тут, я готов принять сигнал. А оттуда – ответ-подтверждение: вижу тебя, жди. Собственно, благодаря этому обмену и можно высчитать координаты и проследить перемещение. И чем плотнее стоят вышки оператора, тем конкретнее можно указать местонахождение и путь телефона. Скажем так, в Херсоне, например, могут установить местонахождение довольно точно. А вот в Белозерке – сложнее, там могут указать разве что направление, куда мобилка движется.
И у нас, в Херсоне, уже есть преценденты, когда эти данные помогли установить истину. Специалисты-техники от операторов мобильной связи вызывались в суды и обосновывали там все рассчеты и графики.
Происшествие случилось в Херсоне. Не думаю, что пять лет назад правоохранители не знали об этом свойстве телефона. Иначе как бы они его так быстро нашли? И хотя станций тогда, возможно, и было меньше, тем не менее, "мертвые зоны" в городе уже отсутствовали. Только почему-то, в уголовном деле о "путешествии телефона" – ни слова. Интересно, почему?
*Имена изменены из этических соображений.

http://old.vgoru.org/old/modules.php?name=News&file=article&sid=11632

Більше новин Херсона читайте у нашому Телеграм-каналі

Поділитися в Facebook

Тут будуть коментарі і форма залишити коментар ...

Схожi новини